Earth Liberation
Аудиокнига · Earth Liberation: Рассказ (Часть I)
Пролог
Восточная Европа
774 век до нашей эры
Снег сыпал из серых туч на жухлую траву тундростепи. Старый мамонт с обломанными бивнями брёл, судорожно всхрапывая при каждом шаге. В предчувствии скорой смерти мамонт отделился от своего стада, и теперь шёл умирать.
С подветренной стороны за ним осторожно следовали охотники в носорожьих малицах, вымазанных для сокрытия запаха мамонтовым навозом. Бородатые и косматые, с лицами, тёмными от застарелой грязи и копоти костров, они сжимали древки копий с кремневыми наконечниками. Поодаль за людьми трусила стайка волков. Они тоже рассчитывали на долю добычи.
Вожак охотников – самый рослый и плечистый сред них – единственный не имел копья. На поясе у него висел тесак в замшевых ножнах, а на шее амулет из матово-белого металла – геометрически правильный ромб с вытянутым в острие нижним углом. Амулет дышал жаром, как накалённый в костре камень. Кожа малицы под ним была покороблена от нагрева.
Мамонт, а за ним охотники и волки, перешли через ровную полосу твёрдой земли. После многих суровых зим она вся растрескалась, из трещин проросла трава и кустики стланика. Ещё несколько десятилетий – и совсем ничего не останется от того, что когда-то было дорогой. Как ничего не осталось от городов, которые она соединяла в старые времена.
Никто из ныне живущих не застал этих городов, но из уст в уста переходили легенды о них – о великих стойбищах, где каменные чумы поднимались жердями до небес, о самоходных волокушах, что носились по дорогам быстрее зайца. Всё было по-другому тогда, во времена прадедов прадедов, до войны с драконами. Когда круглый год было тепло как летом, и всегда было вдосталь еды, и машины творили всякие чудеса. Правда, даже старики толком не знали, что такое машины. Тотемные звери-помощники? Добрые духи предков? Как бы то ни было, их больше не осталось. Драконы прилетели, и в великой битве с ними, в битве, когда горели облака и взлетали на воздух горы, погибло всё. Погибли города и машины, и все драконы, и почти все люди... Почти.
Мамонт остановился, скорбно протрубил и стал заваливаться на колени. Охотники с копьями наизготовку стали тихо и осторожно окружать его. Мамонт умирал, но всё ещё был опасен.
Вождь извлёк из ножен тесак. Его стальной клинок истончился за многие десятилетия, но всё ещё выглядел смертоносным, и на нём всё ещё виднелись выгравированные иероглифы. Грозное оружие, что перешло к вождю вместе с амулетом от отца, а тому от его отца. Оружие прадедов прадедов. Оружие победителей драконов.
Скоро клинок совсем сточится. Пора, пожалуй, переходить на каменное барахло. А не то от тесака ничего не останется, и чем тогда вождь, или его сын, или внук, или правнук правнука встретит драконов, когда они вернутся?
Ведь они обязательно вернутся. Так говорят старики.
Северное Причерноморье
IX век до нашей эры
Киммерийский волосяной аркан захватил Спаларис за шею и сдёрнул с седла. В тот же миг стрела, выпущенная из лука Ксамирис, проткнула киммерийцу засаленную бороду и вонзилась в кадык. Оба, связанные арканом, почти одновременно рухнули в весеннюю степную траву: киммериец – хрипя и пуская кровавые пузыри, амазонка – без единого звука.
Ксамирис закинула лук за спину и рысью направилась к матери. Оставшиеся в живых пятеро киммерийцев удирали во весь опор. Это был мелкий набег пустоголовых юнцов, они рассчитывали наскоком захватить немного скота и пленниц, но не ожидали встретить сопротивление. Ещё двое валялись в траве, а последнего, взятого на аркан, окружили младшие сёстры. Ксамирис не стала им помогать. Сами справятся. Нехитрое это дело – отрубить пленному руки и ноги и оттащить в мужской загон. Если сдохнет – не жаль, а если выживет – приплод от него будет сильным. Среди амазонок не был ранен никто. Вот только Спаларис лежала на земле неподвижно.
Ксамирис соскочила с седла и присела возле матери. Старая амазонка дышала, глаза смотрели осмысленно, но хребет был сломан – это Ксамирис поняла с первого взгляда. Неудачно упала с седла, да ещё и напуганная лошадь добавила копытом. Что ж, значит, настал её час. Спаларис немало прожила на свете. Недавно ей исполнилось сорок пять зим, и она собственноручно принесла в жертву Деве-Охотнице новорожденного правнука – первого внука тридцатилетней Ксамирис.
– Не чувствую ни рук ни ног, – проговорила Спаларис.
Донёсся отчаянный мужской вопль – это сёстры приступили к обрубке пленника – но Ксамирис даже не повернула головы. Она молча вытащила акинак из костяных ножен.
– Дочка, подожди... Развяжи мне ворот... возьми оберег...
Ксамирис наклонилась над матерью и распустила ей шнуровку кожаной куртки. На цепочке тончайшей работы, как у вавилонян, висел ромбовидный оберег из матово-белого металла с вытянутым в острие нижним углом.
– Носи его теперь, – пробормотала Спаларис слабеющим голосом. – Это наконечник копья Девы-Охотницы... Моя мать говорила так: когда вернутся драконы, он даст тебе силу...
Ксамирис благоговейно поцеловала оберег и надела на себя. Он был тяжёлым и горячим – жарче человеческого тела. Старая амазонка закрыла глаза, как бы говоря: «теперь давай».
– Прощай, мама, – сказала Ксамирис. – Встретимся в Небесной Степи. – И глубоко резанула акинаком поперёк горла.
Гродно, Республика Беларусь
2006 год
Всё закончилось. Алёна осталась одна в квартире. Только фотография матери, перечёркнутая траурной лентой, смотрела со стола.
Стол. Диван. Затхлый запах старческого одиночества. И шкафы с книгами во все стены.
Что она будет делать со всем этим? Алёне не хотелось ни о чём думать. Она слишком устала. Сейчас же вернуться в отель, потому что ночевать в этой квартире она не в состоянии. Поручить тёте Ульяне продажу квартиры, выписать доверенность или что там требуется, и как можно быстрее возвращаться домой, в Дублин, к мужу.
Квартира и библиотека. Больше мать не оставила ей ничего. В последние годы она помешалась на эзотерике и всё тратила на какие-то безумные книги. Что теперь с ними делать? Пусть тётя отдаст всё в библиотеку, если там кому-нибудь нужна эта макулатура.
Алёна наугад сняла с полки пару книг. «Тайны доледниковой цивилизации». «Кто правит миром? Вся правда о великом заговоре». С отвращением вернула обе на место. Заметила в ряду ярких глянцевых корешков один необычный – серый, матерчатый. Что-то антикварное? Она вытащила старинный том в липком картонном переплёте. Бумага была потемневшая и неприятная на ощупь. Автор – какой-то Iccius, заглавие – De Reptiliorum Mysteriis, буква s как f без чёрточки, год издания MDCXC – как это будет по-человечески? Сквозь толщу страниц проступало что-то выпуклое. Алёна перелистнула несколько страниц. Мелкий текст на латыни, повсюду подчёркивания, заметки почерком матери на полях. Она что, реально знала латынь, простая учительница белорусской литературы?
Между страницами лежал конверт, и в нём – что-то твёрдое, ромбовидное. Алёна поставила книгу на полку и открыла конверт. Из него выпало украшение на цепочке и металлически звякнуло о пол, вылетела записка.
«Дорогая Алёнушка! Когда ты прочтёшь это, меня не будет в живых. Можешь верить или не верить, но прошу тебя исполнить моё последнее и единственное желание. Храни этот амулет. Он с незапамятных времён передаётся по материнской линии в нашем роду, древнем роду ведуний. Передай его и ты своей старшей дочери. Я много лет пыталась понять его мистическое значение и связь с Орденом Драконоборцев, но ничего не выяснила. Единственная информация, которую я могу тебе сообщить – те самые слова, с которыми мне передала амулет твоя бабушка. Когда вернутся драконы, он даст тебе силу.
Будь счастлива и береги себя.
Твоя любящая мать».
Алёна всхлипнула, высморкалась в платок, убрала в сумочку конверт и украшение. Оно было тёплым. Будто его только что сняли с чьей-то живой, дышащей груди.
Дублин, Католическая Республика Ирландия
2049 год
– Прошу, садитесь, мисс Ротрок. – Ювелир, пожилой албанец, был так серьёзен, что Келли сразу почувствовала неладное. Почему он пригласил её в кабинет? Что не так с этим чёртовым медальоном? – Простите, что анализ занял так много времени. Обычные методы не сработали. Мне пришлось попроситься в лабораторию с электронным микроскопом. Не бойтесь, вам не придётся платить лишнего. Я это сделал для себя, из чистого любопытства.
– Ну так из чего он? – спросила Келли. – И сколько вы за него даёте?
Ювелир выложил медальон на стол.
– Это не белое золото, не серебро, не платина, не палладий. Это не драгоценный металл и вообще не металл. Скажу больше. Это даже не твёрдое вещество.
– Как не твёрдое? – Келли не чувствовала никакого любопытства, только разочарование. Этот сукин сын что, хочет сказать, что медальон ничего не стоит?
– Это рой нанороботов. Их удерживает вместе электромагнитное поле очень тонкой и сложной структуры. Источник энергии – радиоактивный распад. Но не бойтесь. Уровень излучения совершенно безвреден для человека.
– Так сколько он стоит-то?
Ювелир пожал плечами.
– Бессмысленный вопрос. Это уникальный артефакт, сделанный по неизвестной технологии. Возможно, сверхсекретная разработка, а может... – Он не стал договаривать. – Откуда это у вас, мисс Ротрок?
Келли несколько секунд переваривала услышанное.
– От бабушки... У меня бабушка из Восточной Европы, – добавила она, как будто это объясняло любые чудеса. – Так значит, это какая-то военная хрень?
– Полагаю, мне следовало бы обратиться в спецслужбы. – Ювелир понизил голос. – Но я не хочу лишний раз с ними связываться. Мой бизнес, сами понимаете, любит тишину. Будем считать, что мы друг друга не видели. Возьмите вашу вещь и больше не пытайтесь никому продать. Хранить радиоактивные материалы в любом случае незаконно.
– Сэр... – Голос Келли задрожал. – Что же делать, мне очень нужны деньги, этот козёл меня бросил, а вы же видите – я на седьмом месяце, сижу без работы, и продать нечего кроме...
Ювелир поморщился, полез в ящик стола и выложил толстую пачку мелких купюр.
– Возьмите, мисс Ротрок. – Келли мгновенно заткнулась и сгребла деньги в сумочку. – Но не думайте, что я вас пожалел. Это плата за молчание. Моё имя не должно звучать в связи с этой вещью. Ни в коем случае не должно. Вы понимаете?
Келли вскочила.
– Конечно, сэр! Спасибо, сэр!
– Не за что. И настоятельно рекомендую больше сюда не приходить. – В голосе ювелира послышался лёгкий намёк на угрозу. – На-сто-ятельно рекомендую.